... Но должен быть такой на свете дом ...

                                                                    Белла Ахмадулина,

                                                        Памяти Бориса Пастернака, 1962

    

 

Музейное закулисье

О выставке «Сестра моя – жизнь»

 

Выставка «Сестра моя – жизнь» приурочена к столетию написания Б.Л. Пастернаком одноименной книги стихов. Над созданием выставки работала главный художник Государственного литературного музея, А.В. Колейчук. В центре экспозиции находится первое издание книги, состоявшееся значительно позже, в 1922 году. Это самый статичный элемент выставки, ее единственный экспонат. Остальное пространство заполнено звуками, движением, исчезающими, как бы «выветривающимися» строками знакомых стихотворений. Движения и звуки возникают метафорой влюбленности автора. И исторические события 1917 года выступают только лишь фоном этого чувства.

О художественных решениях выставки поговорили Ирина Ерисанова, Елена Лурье и Светлана Кузьмина.

Ирина Ерисанова: Такой выставки у нас еще не было. Это то, что для нас чрезвычайно важно начать делать: выставка одной книги, или литературного произведения. И это только начало. Выставка «О жизни и смерти. Телефонный разговор» была посвящена не только конкретному стихотворению, но всей драме О.Э. Мандельштама. Туда вошло все вместе, мы попытались рассмотреть какой-то кусок его жизни. Что касается этой выставки – это именно попытка войти в книгу, войти художественным способом. Что мне здесь нравится – это летящие строки, не полные стихотворения, а фрагменты, кусочки, которые у человека, знающего стихи, тут же апеллируют к памяти и вызывают полное стихотворение, как бы восстанавливают его. Это художественный акт, человека включается в стихотворение. А для того, кто не знает стихотворения, отдельная строчка становится очень загадочной, требует своего воображения, своего участия в создании нового текста. Это мне кажется чрезвычайно интересным.

Елена Лурье: Продолжу разговор о строке. Мне показалось, что то ли так дана строка, то ли так дан шрифт, но он вдруг разрывает строку. Ты ее не воспринимаешь как строку, ее выразительность уходит. Ты должен всматриваться, и пока ты всматриваешься, ты не можешь даже прочитать. Мне это затруднило восприятие, потому что этот чудесный, светлый, нежнейший образ, как мне показалось, находится в дисгармоничном соотношении со строкой.

Ирина Ерисанова: Это паруса, ткань, какие-то плоскости из жизни, это просто образ, ничего больше.

Я понимаю, о чем идет речь. Тут дело в том, что остается. Что остается от слова, от искусства, от книги? Рукописи все равно горят. Когда делаются раскопки, например, археологи достают мозаику из пепла, возникают буквы, сообщения. Ты понимаешь, что это не просто сообщения, это стихи. И мне кажется, что здесь как раз удалось добиться этой хрупкости, истлевания. Не четкости, нет. А именно «добывания» слова и смысла. Даже полный текст трудно идет для многих. Есть люди, которые вообще не понимают стихов. Но некоторые усилия всегда необходимы. Увидеть обрывки, часть, мысль, кусок. Дальше начинает работать воображение – ты входишь в этот обрывок, ты домысливаешь или довспоминаешь.

Елена Лурье: Мне нравится эта идея, но мне не показалось, что ее решение воплотилось правильно. На выставке «О жизни и смерти. Телефонный разговор» образ считывался, там каждый элемент работал в пространстве на целостность.

Ирина Ерисанова: Но это совсем другая выставка, их нельзя сравнивать – разные задачи. Хрупкость задачи этой выставки была невероятная. Как можно рассказать об этой книге? Как можно рассказать о стихах? Эта книга сама по себе превратилась в драгоценность, поэтому и оказалась в таком саркофаге. Мы не можем к ней притронуться, потому что страницы будут разваливаться. Она подвержена тлению. И слова в каком-то смысле тоже подвержены тлению. Но их можно восстановить.

Елена Лурье: В этой книге стихотворений есть образ, на который работает звуковое сопровождение. Они работают друг на друга. Ты входишь, и она начинает дышать и звучать. Но то, как даны слова и строки, мне мешало. Может быть потому, что я не считывала это как мозаику, подверженную тлению.

Светлана Кузьмина: А мне кажется, что слова как бы отрываются. Книга создана, напечатана. Вот она лежит, она состоит из страниц. Но она наполнена звуковым решением, а звук нельзя поймать. Движущиеся световые узоры тоже нельзя схватить. И слова, когда их читают, отрываются. Каждый читает по-своему, и когда это не занесено на бумагу – оно летит, оно не связано материально с какой-то твердью. И у меня ощущение, что так оно и писалось. Ощущение самого поэта было такое. И тебе хочется все-таки взять эту книгу и восстановить для себя течение слов, строк, образов.

Ирина Ерисанова: Поскольку выставку делала художник Анна Колейчук, я не хотела вмешиваться в этот процесс и могла только считывать. И я соглашалась с эти «улетучивающимся» чтением. В текстах была ошибка, сначала мне казалось, что ее надо исправить, но потом я подумала, что в этом что-то есть. Утрата. И по утраченному мы будем судить, что было, и было ли окончание. Вот это мне и показалось волшебным. Этот неожиданный образ уходящего, тающего, но вечно живого слова. Где он остается? У нас ли в памяти, или где-то еще… Я не совсем уверена насчет правильности исторического фона. Но я не возражаю, в такой подаче что-то есть: можно быть счастливым, написать такие слова, даже если происходит беда.

Елена Лурье: Как сказал В.В. Набоков: «Я пропустил революцию 1917 года, потому что в тот момент был очень сильно влюблен».

Ирина Ерисанова: Да. И не показать этого было нельзя. Еще мне нравится в этой выставке то, что она кажется неоконченной. У меня все время создается ощущение, что ее можно продолжать, в этом есть своя прелесть. 

Вернуться к списку материалов

Контакты

Адрес:  142784, г.Москва, поселение Внуковское, пос.Переделкино, ул.Павленко, д. 3
Дом-музей Б.Л.Пастернака 

Хранитель:

Елена Леонидовна Пастернак

Директор:

Ирина Александровна Ерисанова

E-mail:  pasternakmuz@mail.ru

Телефоны: +7(495)934-51-75
+7 926-118-28-58

 Просим заказывать экскурсии заблаго-временно по телефону в часы работы музея.

Режим работы:
Вт.- Вс. - с 11.00 до 18.00
(касса прекращает работу за 30 мин. до закрытия)
Выходной день- понедельник
Последний вторник каждого месяца - санитарный день
Copyright © 2017 Дом-музей Б.Л.Пастернака в Переделкине. Официальный сайт. v.1.1.
 

Яндекс.Метрика